Рекламный баннер 990x90px header-top
Рекламный баннер 990x90px header-bottom
ОНИ ДЕМОНСТРИРОВАЛИ МНЕ ВСЕ УПРАЖНЕНИЯ, ВСЕ УКЛОНЕНИЯ ОТ УДАРА ПРОТИВНИКА, КОТОРЫЕ ВОСПРОИЗВОДЯТСЯ ИМИ В...
ИГРОВОЙ ФОРМЕ В ДЖИГИТОВКЕ
У абсолютно воинственного народа, каковым в целом являются казаки, обучение мальчиков находится в созвучии с образом жизни, коему они посвящены; этому соответствуют и игры их детства и юности. Любимым развлечением является джигитовка…которую я мог видеть на пути из станицы Боргустанской Волгского полка в Кисловодск.
Я ехал с эскортом из бравых всадников под командованием урядника с гордым выражением лица, орлиным профилем и прекрасным сидением на коне. Фамилия его Симонов; за подвиг в Чечне он был награжден крестом Святого Георгия. По редкому совпадению оказалось, что он знает мой дом в Петербурге. Когда генерал Жомини гостил у меня в 1854-1855 годах, князь Паскевич приехал повидать его. Этот урядник, прикомандированный к эскорту маршала, каждый раз сопровождал того.
Этот храбрый человек казался рад нашей встрече, в продолжение всех 17 верст, что мы прошли, дабы добраться до Кисловодска, они продемонстрировали мне все упражнения, все уклонения от удара противника, которые воспроизводятся в игровой форме в джигитовке, в которых с пылом упражняются с юных лет и которые в немалой степени содействует тому, что они собой представляют прекрасных наездников.
Заряжая свое ружье, несясь во весь опор, стреляя, располагаясь впереди, сзади и на флангах моего тарантаса, один из них, то был урядник, ожесточенно нападая с шашкой в руке на другого казака, изображавшего атакованного горца, оборачивающегося, дабы выстрелить в своего противника, затем предложил мне наконец представление об их играх: один, несясь взад и вперед, пролетал как стрела посреди своих товарищей, дабы похитить у одного из них его шапку, которую он бросал далеко в степи и которую другой казак, в свою очередь, несясь во весь опор, подбирал на лету, нагибаясь аж до земли. Они все способны, впрочем, стоять на своих стременах, прыгая на седло справа налево, слева направо, походя на всадника, перпендикулярно сидящего на своем, галопом несущемся скакуне.
Урядник, дабы заставить меня восхититься надежностью копыт своего неподкованного коня, вскарабкался на крутой склон, затем устремил его вдоль этого склона, затем погнал его галопом вниз, не позволяя великолепному животному, хлеставшему свои бока хвостом, сделать хоть малейший неверный шаг и продемонстрировать хоть малейшую нерешительность…
Еще раз я увидел джигитовку между Пятигорском и Кисловодском, посетив один из кордонных постов, расположенных на этом расстоянии. Его командир, урядник, командовавший четырнадцатью казаками, был человеком 35 лет, огромного роста и могучих форм, обнаруживавших богатырскую силу. Он носил звучную фамилию Скоробогатов; вместе с ней он имел голубые глаза с твердым, но добрым взглядом. Он предоставил мне конвой. «Зачем, - сказал я ему, - местность спокойная, путь расположен посреди ваших постов?» Я уже собирался удалиться, но один из казаков перебросился несколькими словами с командиром и сказал мне: «Мы покажем вам, как мы стреляем». - «Добро, пусть лишь двое из вас сопровождают меня».
Через несколько минут они были в седле. Итак, скача галопом назад, вперед и по сторонам дороги, как если бы они хотели ее разведать, они совершили всевозможные повороты. Я мог восхищаться ловкостью этих великолепных в своем совершенстве всадников. Они отводят ноги назад и держат их подтянутыми к бокам их верхового животного, мчась во весь опор.
Вдруг один из них живо освободил свое ружье из кожуха и еще на скаку зарядил его; затем, скача взад и вперед, он пронесся как стрела рядом с тарантасом. Потом я увидел, как он взял в зубы повод, кой держал правой рукой, стал размахивать круговыми движениями своим оружием, как если бы искал мишень на вероятном противнике, кой собирался наброситься на меня и произвести выстрел. Второй казак с тем же проворством проделал те же самые уловки. Он сорвался с места и помчался галопом, но выстрел не раздался. Первый перезарядил свое ружье; вновь промчался мимо, ствол его ружья описал кривую назад, опустился, раздался выстрел. Во второй раз более молодой повторил свой маневр, но выстрел так и не прозвучал. Первый казак приблизился ко мне и сказал: «Простите его, он хороший всадник, но он еще совсем молод; он только что поступил на военную службу!»
Двое этих казаков являлись братьями. Старший, Петр Халипов, очень бородатый, с профилем орла, имел пятнадцать лет службы. Второй, Степан, в возрасте двадцати лет, безусый, с правильными чертами лица, гордый и бравый, но нежный, как какая-нибудь юная дева, испытывал чувство досады, придававшее его чертам выражение видимого противоречия. Уходы от ударов противника возобновились вновь с той же самой проворностью; Степан был, как и его брат, ловким всадником. В этот раз ружье его выстрелило, но в четвертую попытку он вновь потерпел неудачу. Старший, зачехлив тогда свое ружье, направился к своему брату, взял у него его ружье, проверил его, затем, бросившись вперед, выстрелил, но безуспешно. Существовало какое-то повреждение в бойке, он капризничал или же непригодным был камень.
Степан, утешившись, продолжал исполнять свои кульбиты, устремляясь как снаряд во все стороны на расстояние в несколько сот шагов, Петр вновь вынул из чехла ружье и в последний раз зарядил его, вырвав часть шерсти из гривы своей лошади, дабы использовать ее вместо пыжа. Когда прозвучал выстрел и ружье было заброшено за спину, я спросил его, действительно ли он привычно и часто пользуется подобной шерстью. Он мне ответил, что нет, но если кусочек бумаги, белья или какой-нибудь листок не оказывались у него под рукой, могла пригодиться и грива лошади, и добавил, смеясь и поглаживая шею своего животного: «Это ничего, это не причиняет ему боли»…
Молодые казаки предаются джигитовке с исключительной живостью в присутствии своих родителей и жителей станицы, их созерцающих. Для их юного горения та сродни олимпийской арене. Здесь можно видеть мальчиков от 10 до 12 лет, творящих в соперничестве настоящие чудеса. Ничто их не останавливает; опасность скорее придает им новые силы, даже если они о ней и задумываются. Быть превосходным всадником, храбрым казаком - вот самое лучшее; какое дело до остального! Иногда происходят несчастные случаи, а некоторые дети в ходе этих состязаний даже погибают. Это нисколько не волнует: такова судьба.
Эти празднества, кои происходят главным образом во время Масленицы, сопровождаются развлечениями, в коих принимают участие все жители станицы. Имеют место танцы, хороводы, хоровое исполнение песен. Все это происходит на большой площади, пред церковью.
Источник: Флориан Жиль «Письма о Кавказе и Крыме» (Нальчик, 2009)
У абсолютно воинственного народа, каковым в целом являются казаки, обучение мальчиков находится в созвучии с образом жизни, коему они посвящены; этому соответствуют и игры их детства и юности. Любимым развлечением является джигитовка…которую я мог видеть на пути из станицы Боргустанской Волгского полка в Кисловодск.
Я ехал с эскортом из бравых всадников под командованием урядника с гордым выражением лица, орлиным профилем и прекрасным сидением на коне. Фамилия его Симонов; за подвиг в Чечне он был награжден крестом Святого Георгия. По редкому совпадению оказалось, что он знает мой дом в Петербурге. Когда генерал Жомини гостил у меня в 1854-1855 годах, князь Паскевич приехал повидать его. Этот урядник, прикомандированный к эскорту маршала, каждый раз сопровождал того.
Этот храбрый человек казался рад нашей встрече, в продолжение всех 17 верст, что мы прошли, дабы добраться до Кисловодска, они продемонстрировали мне все упражнения, все уклонения от удара противника, которые воспроизводятся в игровой форме в джигитовке, в которых с пылом упражняются с юных лет и которые в немалой степени содействует тому, что они собой представляют прекрасных наездников.
Заряжая свое ружье, несясь во весь опор, стреляя, располагаясь впереди, сзади и на флангах моего тарантаса, один из них, то был урядник, ожесточенно нападая с шашкой в руке на другого казака, изображавшего атакованного горца, оборачивающегося, дабы выстрелить в своего противника, затем предложил мне наконец представление об их играх: один, несясь взад и вперед, пролетал как стрела посреди своих товарищей, дабы похитить у одного из них его шапку, которую он бросал далеко в степи и которую другой казак, в свою очередь, несясь во весь опор, подбирал на лету, нагибаясь аж до земли. Они все способны, впрочем, стоять на своих стременах, прыгая на седло справа налево, слева направо, походя на всадника, перпендикулярно сидящего на своем, галопом несущемся скакуне.
Урядник, дабы заставить меня восхититься надежностью копыт своего неподкованного коня, вскарабкался на крутой склон, затем устремил его вдоль этого склона, затем погнал его галопом вниз, не позволяя великолепному животному, хлеставшему свои бока хвостом, сделать хоть малейший неверный шаг и продемонстрировать хоть малейшую нерешительность…
Еще раз я увидел джигитовку между Пятигорском и Кисловодском, посетив один из кордонных постов, расположенных на этом расстоянии. Его командир, урядник, командовавший четырнадцатью казаками, был человеком 35 лет, огромного роста и могучих форм, обнаруживавших богатырскую силу. Он носил звучную фамилию Скоробогатов; вместе с ней он имел голубые глаза с твердым, но добрым взглядом. Он предоставил мне конвой. «Зачем, - сказал я ему, - местность спокойная, путь расположен посреди ваших постов?» Я уже собирался удалиться, но один из казаков перебросился несколькими словами с командиром и сказал мне: «Мы покажем вам, как мы стреляем». - «Добро, пусть лишь двое из вас сопровождают меня».
Через несколько минут они были в седле. Итак, скача галопом назад, вперед и по сторонам дороги, как если бы они хотели ее разведать, они совершили всевозможные повороты. Я мог восхищаться ловкостью этих великолепных в своем совершенстве всадников. Они отводят ноги назад и держат их подтянутыми к бокам их верхового животного, мчась во весь опор.
Вдруг один из них живо освободил свое ружье из кожуха и еще на скаку зарядил его; затем, скача взад и вперед, он пронесся как стрела рядом с тарантасом. Потом я увидел, как он взял в зубы повод, кой держал правой рукой, стал размахивать круговыми движениями своим оружием, как если бы искал мишень на вероятном противнике, кой собирался наброситься на меня и произвести выстрел. Второй казак с тем же проворством проделал те же самые уловки. Он сорвался с места и помчался галопом, но выстрел не раздался. Первый перезарядил свое ружье; вновь промчался мимо, ствол его ружья описал кривую назад, опустился, раздался выстрел. Во второй раз более молодой повторил свой маневр, но выстрел так и не прозвучал. Первый казак приблизился ко мне и сказал: «Простите его, он хороший всадник, но он еще совсем молод; он только что поступил на военную службу!»
Двое этих казаков являлись братьями. Старший, Петр Халипов, очень бородатый, с профилем орла, имел пятнадцать лет службы. Второй, Степан, в возрасте двадцати лет, безусый, с правильными чертами лица, гордый и бравый, но нежный, как какая-нибудь юная дева, испытывал чувство досады, придававшее его чертам выражение видимого противоречия. Уходы от ударов противника возобновились вновь с той же самой проворностью; Степан был, как и его брат, ловким всадником. В этот раз ружье его выстрелило, но в четвертую попытку он вновь потерпел неудачу. Старший, зачехлив тогда свое ружье, направился к своему брату, взял у него его ружье, проверил его, затем, бросившись вперед, выстрелил, но безуспешно. Существовало какое-то повреждение в бойке, он капризничал или же непригодным был камень.
Степан, утешившись, продолжал исполнять свои кульбиты, устремляясь как снаряд во все стороны на расстояние в несколько сот шагов, Петр вновь вынул из чехла ружье и в последний раз зарядил его, вырвав часть шерсти из гривы своей лошади, дабы использовать ее вместо пыжа. Когда прозвучал выстрел и ружье было заброшено за спину, я спросил его, действительно ли он привычно и часто пользуется подобной шерстью. Он мне ответил, что нет, но если кусочек бумаги, белья или какой-нибудь листок не оказывались у него под рукой, могла пригодиться и грива лошади, и добавил, смеясь и поглаживая шею своего животного: «Это ничего, это не причиняет ему боли»…
Молодые казаки предаются джигитовке с исключительной живостью в присутствии своих родителей и жителей станицы, их созерцающих. Для их юного горения та сродни олимпийской арене. Здесь можно видеть мальчиков от 10 до 12 лет, творящих в соперничестве настоящие чудеса. Ничто их не останавливает; опасность скорее придает им новые силы, даже если они о ней и задумываются. Быть превосходным всадником, храбрым казаком - вот самое лучшее; какое дело до остального! Иногда происходят несчастные случаи, а некоторые дети в ходе этих состязаний даже погибают. Это нисколько не волнует: такова судьба.
Эти празднества, кои происходят главным образом во время Масленицы, сопровождаются развлечениями, в коих принимают участие все жители станицы. Имеют место танцы, хороводы, хоровое исполнение песен. Все это происходит на большой площади, пред церковью.
Источник: Флориан Жиль «Письма о Кавказе и Крыме» (Нальчик, 2009)
02:43 26.09.2021 16+
Выбор редакции