ДЕЛАЯ ГОРЦА ГРАЖДАНИНОМ РУССКОЙ ЗЕМЛИ…

ДЕЛАЯ ГОРЦА ГРАЖДАНИНОМ РУССКОЙ ЗЕМЛИ…

Бжедухи весьма мирно и охотно ведут с нами торговые сделки. В базарный ли день, в ярмарочную ли суматоху или же просто и без всякого стечения торгующего люда они проворно тащат в Екатеринодар на промен или на продажу свои изделия и свои избытки.
Во всяком виде дерево - большей частью грубейшей работы вилы, весла, а также неотесанные поленья и целые бревна: довольно искусно плетеные циновки и ульи; всякие невыделанные кожи и шкуры - все это тащат к нам на плечах своих неутомимые бжедухи, и все это находит y нас покупателей и меновщиков.

И несмотря на такой, по-видимому, оживленный и значительный сбыт, из числа заходящих к нам бжедухов по-прежнему немало выделяется нищих, просящих подаяния, останавливающих вас на улице жалобными возгласами: «Дай! Курсак (живот) пропал!..». Так обеднели горцы за последнее время своих немирных отношений к нам. А хлеба-то и у нас немного. Саранча прошлого лета опустошила посевы здешнего края, и так как посевы производятся здесь в ограниченных размерах, только на свой обиход, а не для сбыта за пределы области, то и неудивительно, что в хлебе оказался большой недостаток… до жатвы еще неблизко, а уже в марте месяце по станицам плакались на голодуху, и местами отпраздновали совсем голодную Пасху…

Надо сказать, что едва черкесы получили они дозволение привозить к нам на продажу свои дрова и изделия, как тотчас же поспешили воспользоваться им, поспешили с самоотвержением. Да, нужно видеть, чего стоит им доставка дров. На жалких каючках, на плотах из тех же дров, с арбой наверху, пустив вперед быков своих вплавь, бжедух перебирается через быструю и неузкую Кубань, с опасностью утонуть или же растерять и дрова, и быков. Переберется, наконец; но чего стоит ему взобраться на крутой берег реки, стащить с плота арбу, наложить ее разобранным плотом, да к тому же и быков собрать: последние нередко уносятся течением воды далеко в сторону или же с половины русла заворачивают опять к своему берегу.

Бжедух, один, без всяких помощников, бросается во все стороны, кричит на быков до изнеможения и нередко за ними снова переплывает реку. И все это совершается в осенний или зимний холод. Казаки, которым приходится смотреть на такие хлопоты горца, только посмеиваются да приговаривают: «Нехай, бисова невира, хлопоче!..» А дрова-то уж как здесь нужны! Положим, однако, что горцы слишком нуждаются в наших произведениях, что для них благодеяние и подобный сбыт их собственности; положим, что вместе с этим они должны отсюда понять и оценить, сколько выгод доставляет им мир, покорность, что отсюда они должны извлечь для себя на будущее время практические, так сказать, уроки в деле своих отношений к нам...

Чем легче, чем удобнее будет к черкесам отношение, тем скорее и положительнее он завлечется новым характером своих сношений с нами, оставит грабеж и превратится в мирного гражданина. Какие-нибудь искусственные пути, дороги и мосты сообщения между обоими берегами Кубани да полная свобода торговых сделок, без посредства меновых дворов или же других каких посредников - и дело как нельзя лучше уладится. Делая горца гражданином русской земли, нужно, без сомнения, не изолировать его от выгод свободного торгового общения с нами, а поскорее уладить все поводы к такому изолированию: в этом будут заключаться для горца самые действительные уроки нового для него гражданского положения. И так как горец в этом отношении обещает из себя надежного ученика, так как на первых же порах он с самоотвержением поспешил воспользоваться правами мирного члена общества, то не следует охлаждать его добрых порывов или же стеснять его разными формальностями.

Источник: Н. И. Воронов. Письма с Кубани (письма в редакцию «Московского вестника»). Екатеринодар, 9 мая 1860 года. #Адыги #Черкесы